Дактилоскопия и её история

История возникновения и развития дактилоскопии

История возникновения и развития дактилоскопии.

Папиллярные линии представляют собой линейные возвышения незначительной высоты и ширины, разделяемые бороздками и образующие сложные узоры на различных участках ладонной поверхности руки. Первые указания на наличие папиллярных линий были сделаны итальянским врачом, анатомом и натуралистом М. Мальпиги в 1686 г. Он давал описание, папиллярным линиям отмечая, что они образуют различные узоры. Однако его исследования в то время не получили практического применения в сфере борьбы с преступностью и сам автор вероятно преследовал другие цели. Интерес к ним появился намного позже, и был вызван обнаружением у папиллярных линий, ряда ценных свойств, благодаря которым в дальнейшем стало возможным регистрировать и идентифицировать преступников по отпечаткам и следам рук.

В 1823 г. в своей работе «О физиологическом исследовании органов зрения и строения кожи» чешский учёный – естествоиспытатель Я. Пуркинье отмечал, что папиллярные узоры на пальцах индивидуальны для каждого человека и выделил в них девять типов узоров. Индивидуальность – одно из свойств папиллярных узоров, то есть рисунок папиллярных линий не совпадает в деталях у разных людей и у одного человека на разных пальцах. Исходя из этого, чиновник английской администрации в одном из округов Бенгалии (Индия) В. Хершел в 1877 г. ввёл дактилоскопирование заключённых в целях регистрации, чем и было ознаменовано начало перехода от антропометрического метода регистрации к дактилоскопическому. Однако тогда данный метод не нашёл широкого применения, так как не была разработана должным образом классификация папиллярных узоров. Девяти типовая система была не удобной для регистрации и дактилоскопический метод, не слишком себя оправдывал. Более удобной оказалось система регистрации, предложенная Ф. Гальтоном, который подразделял папиллярные узоры на три основные группы. В 1893 г. он издал работу «Отпечатки пальцев», в которой обосновал значение следов пальцев рук для идентификации личности. Позже, в 1895 г. вышла ещё одна его работа под названием «Инструкция по отпечаткам пальцев». В этой работе в частности Ф. Гальтон излогает разработанною им методику исследования папиллярных линий, на основе деталей их строения, то есть им были определены частные признаки папиллярных линий. Разработанная Ф. Гальтоном система в том же году была одобрена правительством Англии и стала частично применяться.

Совершенствованием дактилоскопической системы регистрации занимались работники правоохранительных органов. В частности главным инспектором полиции в Калькутте Э. Генри в конце ХIХ века, было предложено различать четыре типа узоров: дуговой, петлевой, спиральный и сложный, которым придавались определённые обозначения, что позволяло осуществлять быстрый поиск регистрационной карты. После такого новшества преимущество дактилоскопического метода регистрации стало очевидным, и вскоре он полностью заменил антропометрический. Такой прогноз был предсказан ещё Г. Гроссом, основоположником науки криминалистики, который в своей работе «Руководство для судебных следователей как система криминалистики», писал: «В недавнее время способ выяснения тождества личности по папиллярным линиям признавался лишь дополнением к системе Бертильона, в настоящее же время, при развитии этого способа, благодаря трудам советника полиции Виндта в Вене и старшего советника Кеттига в Дрездене, он является серьёзным конкурентом системы Бертильона и весьма возможно, что способ этот вполне заменит последнюю систему». Разработанная Э. Генри система легла в основу и современной дактилоскопической регистрации.

Кроме такого ценного свойства как индивидуальность, папиллярные линии обладают ещё и свойством восстанавливаемости. То есть при повреждении верхнего слоя кожи, папиллярные линии и рисунок в целом могут видоизмениться или полностью исчезнуть, но только на определённое время, после чего узор восстанавливается точно в том виде, в котором он был до повреждения. Это объясняется следующими обстоятельствами: кожа состоит из двух слоёв: из нижнего слоя – дермы и верхнего слоя – эпидермиса. Эпидермис повторяет рельеф нижнего слоя, и даже после повреждения, через определённое время он снова приобретает первоначальную форму. Если же повреждается дерма, то полное восстановление узора становится

Впервые, свойство восстанавливаемости папиллярных узоров продемонстрировал французский криминалист Э. Локар в середине ХIХ в. Он подвергал лёгкому ожогу свои ногтевые фаланги пальцев горячим металлическим предметом, кипящей водой, горячим маслом и наблюдал за тем, в каком виде заживут раны. Узоры в точности восстановились, подтвердив тем самым истинность этой теории.

Папиллярные линии обладают ещё одним ценным свойством – неизменностью. Начиная с 3-4-го месяца внутриутробного развития плода и до разрушения кожного покрова после смерти, рисунок папиллярных линий остаётся неизменным. Один из основоположников дактилоскопии В. Хершел, в подтверждении данной теории продемонстрировал свои отпечатки пальцев, полученные с разницей в 28 лет, и показал, что рисунок папиллярных линий остался неизменным. В. Хершел стал первым, кто использовал дактилоскопию для официальной идентификации человека.

Дальнейшее изучение свойств папиллярных линий привело к разработке методов идентификации личности по отобразившимся потожировым следам рук. Если дактилоскопический метод регистрации к концу ХIХ в. был официально введён, то механизм использования потожировых следов рук в целях идентификации ещё не находил широкого применения.

В начале ХХ в. определились два основных направления развития дактилоскопии, это – совершенствование дактилоскопической системы регистрации и разработка наиболее эффективных приёмов, методов и средств работы со следами рук в целях идентификации личности. Наиболее сложным оказалось второе направление в силу того что, отображение следов рук проявляется в различных условиях и выявление, фиксация, исследование таковых следов требует особого подхода к каждому случаю с использования специальных технических средств.

Сложность работы со следами рук заключается в том, что такие следы могут быть видимые, слабовидимые и невидимые, и проявляются они в виде объёмных, поверхностных или окрашенных следов. Работа с таковыми следами на местах происшествий требует разработки специальных приёмов и методов их обнаружения, фиксации и изъятия. При этом, необходимо уделять большое внимание обеспечения их сохранности. В зависимости от того, на каком объекте отразились следы рук, необходимо подобрать соответствующие технические средства их выявления, фиксации и изъятия учитывая структуру поверхности следоносителя, его цвет, плотность и давность образования таковых следов. Не менее сложной работой является дальнейшее исследование изъятых с мест происшествий следов рук и производство дактилоскопической экспертизы в целях идентификации личности.

Чаще всего следы пальцев рук отображаются в виде поверхностного потожирового наслоения на следовоспринимающем объекте. Потожировое вещество выступает через потоки потожировых желез из пор и оседает на папиллярных линиях. Обладая свойством адгезии, оно в точности передаёт папиллярный узор в целом и его мельчайшие детали в виде прилипших к поверхности объекта потожировых линий. Выявление и фиксация таковых следов требует использования специальных технических средств, отсутствие которых, на заре возникновения дактилоскопии, задерживало её развитие. Для дактилоскопирования тогда использовалась штемпельная краска, а для выявления следов сажа.

Одним из первых, кто осуществил идентификацию по следам рук, был английский врач Г. Фолдс. В конце ХIХ в. он работал в одной из больниц Токио и изучал папиллярные линии пальцев рук, а объекты своих исследований он коллекционировал. В один из случаев, при осмотре места происшествия по делу о краже, Г. Фолдс изъял с места преступления потожировые следы пальцев рук и сравнил со следами, которые имелись в его коллекции. Исследовав их, он пришёл к категорическому выводу, что данные следы принадлежат одному из работников дома, где была совершена кража. Возможность использования следов рук в криминалистических целях Г. Фолдс описал в статье, опубликованной в журнале «Нейчер» в 1880 г. Он писал: «Если на месте преступления обнаружены отпечатки пальцев, они могут привести к обнаружению преступника. Я уже дважды проверил это на практике… Если узоры папиллярных линий были заранее известны, то у вас, без сомнения, будет доказательство более верное, чем злополучное родимое пятно в дешёвых бульварных романах… У всех опасных преступников после вынесения им приговора отбирать отпечатки пальцев и хранить их. Если случится, что через некоторое время за вновь совершённое преступление будет арестован тот же преступник, но под другой фамилией, то путём сравнения отпечатков пальцев можно будет установить подлинное его имя».

Впервые, в качестве доказательств, отпечатки пальцев были допущены в 1905 г. по делу об убийстве в одном из районов Лондона Депфорде. Дактилоскопическая экспертиза была проведена экспертом Коллинзом. Следы пальцев рук, ему предоставил расследовавший это дело детектив-инспектор М. Макнетен, который позже успешно использовал заключение эксперта в суде.

В начале ХХ в., дактилоскопия успешно развивается и в Америке. Наиболее ярким случаем использования следов рук в доказывании по уголовному дело, является дело о краже в салоне моды в 1911 г. в центре Нью-Йорка. Представший перед судом профессиональный взломщик Сесар Челла, был уверен в удачном для него исходе судебного расследования, так как обвинение не располагало достаточными доказательствами его вины и более того многочисленные подкупленные свидетели указывали на его алиби, пока детектив Дж. Форо не представил следы пальцев с места преступления принадлежавшие подсудимому. Судья, который не имел никакого представления о дактилоскопии, усомнился в исследованиях Форо и его утверждении об идентичности следов пальцев с места преступления и пальцев подсудимого, и предложил ему прямо на судебном заседании найти одного из присутствующих в зале человека по следам рук. Для этого испытания он под стражей изолировал Форо в отдельном кабинете и пригласил пятнадцать человек, которых попросил оставить по одному отпечатку пальца на оконном стекле, при этом, чтобы каждый запомнил местоположения своего следа. Одному из них было предложено оставить след на стекле письменного стола. После этого в зал привели Форо и судья попросил его указать какой из отпечатков пальцев на окне соответствует отпечатку на стекле письменного стола. Через несколько минут Форо дал правильный ответ, после чего судья вынес обвинительный приговор, а изумлённый зал аплодировал Форо словно после удачного фокуса. Это был первый случай на американской земле, когда судья признал в качестве доказательства отпечатки пальцев.

Приведённые выше, отдельные примеры из истории дактилоскопии отражают процесс её становления на первоначальных этапах, когда определились основные направления развития дактилоскопии. Дальнейший путь её развития был направлен на совершенствование уже имеющихся и разработку новых приёмов, методов и технических средств дактилоскопирования, а также выявления, фиксации и исследовании потожировых следов рук.

В период между мировыми войнами, появляется ряд работ, посвящённых дактилоскопии, которые обогатили её научно-техническими и методическими новшествами. Одним из таких работ является исследования руководителя Лионской полицейской лаборатории Э. Локара, которая вышла под названием – «Руководство по криминалистике», где автор, в числе прочих исследований изложил разработанный им метод отождествления по порам (пороскопию). В эти же годы широкую известность приобрела работа немецкого криминалиста Р. Гейндля – «Дактилоскопия и другие методы уголовной техники в деле расследования преступлений». В этих и других не менее интересных работах того периода, излагались более совершенные методы работы со следами рук.

Используя достижения науки и техники, дактилоскопия к середине ХХ века представляло собой уже научно – разработанную и технически оснащённую систему, которая эффективно применялось во всём мире в борьбе с преступностью.

Труды вышеуказанных и иных основоположников дактилоскопии составили основу отечественной системы регистрации и методов работы со следами рук. Здесь, дактилоскопический метод был усовершенствован и занял достойное место в системе отечественной криминалистики. Основоположникам дактилоскопии в России по праву считается В. И. Лебедев, который в 1909 г. составил первую инструкцию по «пальцепечатанию», и благодаря которому в 1912 г. в России официально была введена дактилоскопическая система регистрации. Он же первым в России начал производить дактилоскопические экспертизы. Пионером в этой области также является С. П. Митричев, который в своё время писал: «Можно без преувеличения сказать, что только с развитием дактилоскопии, криминалистика встала на твёрдую научную основу». Здесь не возможно не отметить выдающегося отечественного учёного-криминалиста Якимова И. Н., который внёс большой вклад в становлении и развитии отечественной криминалистики. В своих трудах Якимов И. Н. охватывает широкий круг проблем криминалистики, в том числе и дактилоскопии. В 1924 г. вышла его работа «Практическое руководство к расследованию преступлений». Книга состояло из трёх частей, и в первой, которая называлось «Технические способы регистрации преступников», автор уделил особое внимание дактилоскопическому методу. Кроме этого большой вклад в развитие дактилоскопии внесли такие учёные как Семеновский П. С., Макаренко М. П., Грановский Г. Л., Князев А. И. и др.

Дактилоскопический метод является одним из самых распространённых способов регистрации преступников. Однако его структура и приёмы осуществления разнообразны, и в разных странах используются различные его формы. В настоящее время, в России существует десяти пальцевая дактилоскопическая система регистрации, которая осуществляется в форме изготовления дактилоскопической карты, где отражаются все десять пальцев рук. По разработанной системе общих и частных признаков папиллярных узоров выводятся дактилоскопические формулы для учёта – основная и дополнительная. Данная система основана на разделении папиллярных узоров на три типа – дуговой, петлевой и завитковый, каждый из которых в свою очередь подразделяется на виды, а частные признаки, по которым непосредственно осуществляется идентификация, характеризуют индивидуальные особенности узора.

Основываясь на общих принципах и правилах работы со следами рук, а также используя достижения различных наук, в настоящее время разработаны эффективные приёмы, методы и средства обнаружения, фиксации и исследования потожировых следов рук. Существуют различные способы их выявления, основными из которых являются физический и химический. Физический способ основан на механическом воздействии специальных дактилоскопических средств на потожировое вещество. Например, обработка дактилоскопическими порошками, при котором происходит прилипание порошка к потожировому следу, в последствии чего слабовидимый или невидимый след становится видимым. Таковыми порошками, являются например: алюминиевая пудра, восстановленное в водороде железо, окись меди и др. Химический способ основан на использовании специальных дактилоскопических средств, химических растворов, которые вступают в реакцию с потожировым веществом, в последствии чего след окрашивается в определённый цвет. Таковыми растворами, являются например: нингидрин в ацетоне, водный раствор азотнокислого серебра, аллоксан и др. Фиксация выявленных потожировых следов рук, на местах их обнаружения, осуществляется как современными общепринятыми средствами, так и специальными, например копирование на дактилоскопическую плёнку.

Дактилоскопическая система регистрации и методы работы со следами рук в настоящее время обновлены современными компьютерными технологиями. Разработаны специальные программы автоматизации дактилоскопических учётов и исследований. В конце 80-х годов ХХ века в СССР в информационных центрах МВД уже появляется АДИС «Папилон», который используется и сегодня как для учёта, так и для экспертного исследования и идентификации личности по следам рук. Кроме этого в экспертно-криминалистических подразделениях России в настоящее время эксплуатируется АДИС «COGENT», поддерживающая систему картотек следов рук с мест нераскрытых преступлений (следотек) и дактилоскопические картотеки лиц, представляющие оперативный интерес. Одним из современных устройств ввода отпечатков пальцев в ПК является прокатный сканер «SONDA LS6» предназначенный для дактилоскопической регистрации.

Использование компьютерных технологий открывают новые возможности развития дактилоскопии. Традиционные приёмы, методы и средства регистрации и работы со следами рук заменяются современными, более эффективными и есть основания полагать, что в перспективе дактилоскопия станет ещё, более мощным оружием в руках правоохранительных органов, ведущие борьбу с преступностью.

ekrost.ru

Дактилоскопия и её история

По материалам журнала «Lingua Franca», США.

Байрон Митчелл, немолодой американец добродушной внешности, предстал перед судом как участник вооруженного ограбления. Обвинение утверждало, что именно Митчелл находился за рулем автомобиля, в котором увезли мешки с деньгами после ограбления инкассатора. Сам Митчелл упорно отрицал свою вину. Улики — только два отпечатка пальцев: с руля и с рычага коробки передач. Эксперты признали их принадлежащими подозреваемому. Однако защита привела в зал суда трех профессоров, сомневающихся в научной доказательности целой отрасли криминалистики — дактилоскопии.

Этот метод идентификации личности имеет за собой солидную историю.

Еще в XIV веке китайцы использовали отпечаток пальца вместо личной подписи на документах, и считалось общепризнанным, что это уникальная черта каждого человека (впрочем, тогда было общепринятым и представление о плоской Земле). В середине XIX века английский чиновник Уильям Гершель, работавший в Индии, обратил внимание на то, что китайские купцы, приезжавшие со своими товарами, при заключении сделок ставили на договоре оттиск зачерненного тушью или сажей большого пальца правой руки. И с 1858 года Гершель стал брать отпечатки пальцев у индийских солдат, которым он выплачивал жалование. Для европейца все они были на одно лицо, имена их тоже постоянно повторялись, расписаться никто из них не умел. Чтобы не выплачивать деньги одному и тому же человеку дважды, чиновник велел им оставлять отпечаток пальца на платежной ведомости. Расходы британской казны сразу уменьшились.

Накопив почти двадцатилетний опыт в работе с оттисками пальцев, в 1877 году Гершель осмелился написать длинное письмо в Лондон, генеральному инспектору тюрем. Он предлагал сохранять отпечатки пальцев пойманных преступников, чтобы в дальнейшем легко можно было выявлять рецидивистов. Но генеральный инспектор в очень благожелательной и вежливой форме ответил, что тяжелый климат Индии и многочисленные тропические болезни, должно быть, плохо повлияли на физическое и душевное состояние автора письма.

В те же годы врач из Шотландии Генри Фолдс работал в одной из больниц Токио. Интересуясь археологией, он обратил внимание на отпечатки пальцев древних японских гончаров, сохранившиеся на доисторических глиняных черепках. Сначала он задался вопросом, различны ли пальцевые узоры у представителей разных народов, потом — меняются ли они у одного человека с возрастом и передаются ли по наследству. В двух случаях его знания помогли изобличить преступников. В 1880 году Фолдс опубликовал в авторитетном научном журнале «Nature» статью, в которой утверждал, что отпечатки пальцев уникальны у каждого из нас и позволяют определить преступника или идентифицировать обезображенный труп. Но и эта статья не возымела последствий для научной или практической криминологии.

В 1892 году английский ученый Фрэнсис Гальтон, двоюродный брат Чарлза Дарвина, опубликовал книгу «Отпечатки пальцев», в которой утверждал, что тонкий рисунок на подушечках пальцев любого человека уникален и потому позволяет с уверенностью идентифицировать этого человека. По оценке ученого, вероятность повторения характерного узора всего один шанс на 65 миллиардов, что значительно больше численности населения Земли (особенно во времена Гальтона).

Книга получила некоторую известность, и в 1905 году теория была впервые применена в криминалистической практике западных стран. Некие братья Стрэттоны обвинялись в убийстве хозяина лавки в пригороде Лондона и его жены. Инспектор Скотленд-Ярда Чарлз Коллинз сравнил отпечаток пальца одного из братьев, сделанный на бумаге с помощью чернил, с кровавым отпечатком пальца, найденным на денежном ящике лавки, и пришел к заключению, что 11 особенностей пальцевого узора совпали. Это заявление убедило присяжных, но не судью, который, впрочем, вынужден был подчиниться решению присяжных и, как писали тогда газеты, «с почти извиняющимся видом» приговорил обоих братьев к повешению. Мы никогда не узнаем, насколько точным был анализ Коллинза.

Тогда же нашелся критик нового метода, и, как ни странно, им оказался Генри Фолдс. В памфлете, изданном сразу после процесса Стрэттонов, Фолдс возмущался, что «распространенное верование, будто не бывает двух одинаковых пальцев», приняли за «достоверный, строго доказанный научный факт». А ведь, подчеркивал автор памфлета, доказано, собственно, только то, что Скотленд-Ярд своими методами среди своего «контингента» не смог найти два одинаковых отпечатка. Иными словами, отсутствие опровержения распространенной гипотезы рассматривалось как наличие ее доказатель ства! Более того, основываясь на своем многолетнем опыте изучения пальцевых узоров, Фолдс заявлял, что «на пальцах разных субъектов нередко встречаются столь сходные узоры, что малейшая размазанность отпечатка, найденного на месте преступления, вполне может замаскировать имеющиеся различия».

Почему Фолдс из пионера дактилоскопии (кстати, он первым предложил и сам этот термин) стал ее противником? Конечно, в какой-то мере сыграла роль обида: сыщики Скотленд-Ярда не пригласили его в качестве эксперта и не сослались на его приоритет. Но в основном его беспокоил тот факт, что новый метод расследования из рук ученых переходит в руки плохо образованных полицейских чинов (престиж полиции в Великобритании был тогда весьма низким). Однако процесс уже невозможно было остановить, и в первые два десятилетия ХХ века дактилоскопия окончательно попала в руки сыщиков и полицейских клерков.

Ушел в их ведение и вопрос о том, насколько можно полагаться на уникальность пальцевых узоров. В 1928 году в ответ на возражения одного из адвокатов, что эта уникальность, собственно, не доказана обширными строго научными исследованиями, верховный суд штата Вермонт ответил: «Такого доказательства и не требуется. Это аксиома — одно из тех положений, которые не требуют доказательств». В 1930 году апелляционный суд штата Оклахома ответил другому адвокату примерно так же и сослался в подтверждение на труды по юриспруденции, судебную практику, Британскую энциклопедию и даже на один детективный рассказ Марка Твена. В 1941 году техасский апелляционный суд рассматривал дело, единственной уликой в котором был отпечаток пальца. Суд решил: «Не обвинитель должен доказывать, что не бывает двух одинаковых отпечатков пальцев, а те, кто опровергает эту истину, должны представить доказательства своей позиции».

Криминалисты чаще всего используют как доказательство отпечатки, снятые не в лабораторных условиях, а найденные на различных предметах и проявленные с помощью тонкого порошка, пристающего к следам кожного жира, или посредством специальных химических проявителей. Эти следы обычно фрагментарны, размыты, перекрываются другими отпечатками, часто они сняты с негладкой поверхности и потому искажены. Их нелегко сопоставить с ровными, четкими, снятыми в идеальных условиях отпечатками из полицейской картотеки. Трудно не усомниться в результатах такого сопоставления.

Американский специалист по прикладной микроскопии Дэвид Стони пишет в вышедшем в 1997 году справочнике по методам криминалистики: «Широко распространенная вера в то, что рисунок папиллярных линий уникален для каждого человека, является продуктом вероятностной интуиции, а не научного исследования. Эта вера не опирается ни на обычные научные методы, ни на какую-либо теоретическую модель, ни на статистику, ни на эмпирическое подтверждение». Сравнивая дактилоскопию со строго научными методами идентификации по ДНК, Стони пишет, что, если бы такие же строгие критерии, как в современной генетике, применялись к дактилоскопии, этот метод просто перестал бы существовать.

Книга Стони попалась на глаза адвокату Роберту Эпстейну, одному из защитников Байрона Митчелла. Он решил поглубже разобраться в проблеме уникальности отпечатков пальцев. Какие аргументы приводятся в пользу такой уникальности? В основном два.

Первый аргумент: вроде бы никто и никогда не встречал двух людей с совершенно одинаковыми пальцевыми узорами. Впрочем, никто и не исследовал сто процентов населения Земли, чтобы подтвердить или опровергнуть этот тезис. Точнее будет сказать, что, насколько известно, среди миллионов карточек с отпечатками пальцев преступников и честных людей, накопленных в полицейских ведомствах разных стран, нет двух одинаковых. Но даже среди этих имеющихся массивов информации никогда не проводилось тотальное сравнение.

Второй аргумент — близнецы. Если даже у однояйцевых близнецов рисунки папиллярных линий неодинаковы, то вряд ли они могут совпасть у двух неродственных персон.

В феврале 1999 года старший дактилоскопист ФБР Стефен Мигер разослал в криминалисти ческие лаборатории всех 50 штатов письмо, начинавшееся словами: «ФБР срочно нуждается в вашей помощи!». В 50 конвертах содержались два отпечатка с руля и рычага передач автомобиля и дактилоскопическая карта подозреваемого Митчелла. Мигер просил коллег установить, принадлежат ли отпечатки из автомобиля подозреваемому. Будучи энтузиастом дактилоскопии, Мигер хотел спасти честь своей науки, он надеялся, что заключение 50 независимых лабораторий будет единодушным, но вышло по-иному. Семь лабораторий не подтвердили идентичность одного из отпечатков, взятых в машине, с отпечатками Митчелла, а пять лабораторий не нашли на карте Митчелла ни первого, ни второго отпечатка.

Тогда дактилоскопист разослал всем сомневающимся улучшенные и увеличенные снимки следов из автомобиля и с ними — отпечатки не всех 10 пальцев Митчелла, а именно тех двух, которые, по мнению экспертов, соответствовали найденным в машине. Вдобавок на прозрачных пластиковых обложках, которыми были защищены фотографии, Мигер отметил красным фломастером характерные совпадающие особенности узоров. После такой усиленной подсказки, вообще-то недопустимой для научного эксперимента и даже запрещенной служебными инструкциями, почти все ранее сомневавшиеся ответили: да, отпечатки принадлежат Митчеллу.

Вот и гадайте после этого, какова истинная цена экспертам и дактилоскопии!

Около четверти века назад ФБР начало создавать автоматизированную систему идентификации отпечатков пальцев. Имея миллионы отпечатков, сосканированных в компьютерную базу данных, почему бы не заставить машину провести их сравнение? Результаты могли бы оказаться полезными для решения спора о том, насколько уникален папиллярный узор.

Случайно выбрав из коллекции 50 000 отпечатков, ФБР провело такую проверку, попросив компьютеры сравнить каждый из 50 000 узоров со всеми остальными в этой большой подборке. Полных совпадений не нашлось, такое совпадение дает только сравнение отпечатка с самим собой. Но противники дактилоскопии возражают: а вы попробуйте сравнивать отпечаток не с самим собой, а с другим, повторно сделанным отпечатком того же пальца и увидите, что машина и тут не найдет полной идентичности !

А что же подозреваемый Байрон Митчелл? На суде, состоявшемся прошлой осенью, адвокаты напирали на то, что дактилоскопия не является точной наукой и нельзя осудить человека на основании всего двух нечетких отпечатков. Однако суд остался непоколебимым и признал Митчелла виновным. Присяжные совещались более двух часов и вынесли обвинительный приговор. Но Митчелл подал на апелляцию. Так что спор о научной строгости дактилоскопии только начинается.

m.nkj.ru

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.