Тибетская книга мёртвых

Тибетская книга мёртвых

Бардо Тхедол
Тибетская «Книга великого освобождения»
(тибетская книга мертвых)

На странице 1 этой книги — ритуальное изображение усопшего. Перед таким изображением лама читает «Книгу мертвых». Надпись под фигурой усопшего гласит: «Я, покидающий мир, преклоняюсь и обретаю прибежище с ламе-исповеднике и всех божествах, мирных и гневных; пусть же простит «Великий Сострадающий» (Авалокитешвара) накопленные мною грехи и нечистоту прежних жизней, пусть укажет мне путь в иной, благой мир!»

Полное заглавие книги: «Великое Освобождение в результате услышанного в бардо». «В результате услышанного» — потому что речь идет о слуховом восприятии текста. «Бардо» переводится с тибетского как «промежуточное состояние». В оригинале речь идет об «освобождении» умирающего человека, то есть о достижении им состояния, которое исключает повторное воплощение. Северный буддизм (ламаизм) учит, что этого можно достичь в течение одной жизни.

По форме «Книга Великого Освобождения» — сложный комплекс наставлений и молитв, которыми лама напутствует умирающего и умершего. Главная задача ламы, читающего книгу, — показать умирающему, что все образы, возникающие перед ним, — «проявления» или «отражения» его собственного сознания (тиб. snag — «видимое, проявленное»). Образы «Книги Мертвых», как правило, неоднозначны, их можно понять только через дополнительные описания, противоречивые с позиций бытовой логики. Скажем, «пустота», в которую погружается умирающий, неотделима от светоносности, «исходной яркости» как основы бытия. Кажущаяся противоречивость, взаимодополняемость этих сакральных образов будет понятна каждому, кто знаком с христианскими религиозными текстами (вспомним: «сверхсветлый мрак», «Невеста неневестная» и т. д.). Одной из особенностей ритуала считается то, что человек слушает указания ламы, пребывая в невидимом теле. Наставления тибетских лам поражают точностью описания пограничных состояний человеческого бытия, и в этом убедится каждый, кто их испытал. Впоследствии мы предполагаем более подробно рассмотреть психологический аспект «Книги Мертвых».

«Книга Великого Освобождения» относится к числу так называемых «сокровенных книг» (тиб. gfer-ma; в оригинале их отличает знак — в конце каждого абзаца). По преданию, они были оформлены учителем Падмасамбхавой в VIII веке, затем сокрыты в тайных пещерах и обнаружены позднее, в эпоху расцвета тибетского буддизма.

Предлагаемый вниманию читателя вариант «Книги» бытует в школе Ньингмала — одном из направлений тибетского буддизма.

«Книгу Великого Освобождения» впервые перевел на английский язык лама Кази Дава-Самдуп. Перевод был подготовлен к печати и издан в 1927 году в Оксфорде У. И. Эвансом-Вентцем, который подчеркивал тогда, что его издание — лишь первый шаг.

С тех пор была проделана большая работа над текстом книги, особенно в последние десятилетия, когда на Западе расширились исследования тибетского буддизма. Русский текст подготовлен на основе одного из новых английских изданий книги в переводе тибетского ученого Чогьяма Трунгпа (Лондон, 1975 г.), с учетом работы Эванса-Вентца (в русском переводе опущены только указания ламе, читающему книгу. Терминология откорректирована по десятитомному тибетско-русско-английскому словарю Ю.Н. Рериха,). У Чогьяма Трунгпа — большой опыт практического применения наставлений «Книги Мертвых»: начиная с восьмилетнего возраста, он несколько раз в неделю посещал умирающих. Поэтому в переводе ему удалось воспроизвести тончайшие оттенки психологического состояния самых разных людей перед смертью. В переводе преобладают санскритские аналоги тибетских терминов и имен собственных, так как они известнее широкому читателю.

Божества, описанные в «книге Мертвых», воспринимаются в буддийской традиции как воплощение различных энергетических проявлений. «Книга Мертвых» описывает и своеобразно истолковывает жизненный опыт людей. Чогьям Трунгпа назвал ее «Книгой пространства», которое вмещает и жизнь, и смерть.

Действительно, бардо — промежуточное состояние — может иметь место не только после смерти, но и в жизненных ситуациях, например, при заболеваниях и травмах. Постижение, переживание этих состояний призвано дать понимание жизни и смерти, победить стрессы и страх.

Возможно, «Книга Великого Освобождения» заинтересует не только тех, кто занимается буддизмом. По сути дела, это облеченный в формы буддийской символики искренний и теплый призыв к бесстрашию перед непознанными глубинами человеческой психики.

www.tibet.ru

Бардо Тодол — Тибетская Книга Мертвых

Бардо Тодол — Тибетская Книга Мертвых краткое содержание

Книгу Мертвых, Бардо Тодол, Тибетскую священную книгу читают, как у нас псалтырь, над гробом умершего в течение 40 дней со дня смерти, исключая первые три дня. Конечно, когда померший беден, чтение укорачивают, а иногда и вообще лишь помянут, как у нас на третий день, девятый, двадцатый и сороковой. А то и просто положат под голову усопшему.

Эта книга-наставление в том, как вести себя Покойному на Том Свете. С другой стороны, это наставление нам, живущим, в том, как и к чему готовиться, пока еще при жизни, в отношении, увы, неизбежного ухода Отсюда.

Эта книга про то, что будет с нами, когда мы умрем, и как следует приготовиться к тому, что ожидает нас на Границе и далее, пока (как утверждает книга) мы вновь не вывалимся Сюда, назад, в очередное беспамятное Существование.

Тибетская Книга Мертвых — читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Тибетская Книга Мертвых

Нет, весь я не умру.

Душа в заветной лире

Мой прах переживет…

А. Пушкин «Памятник»

Говорю вам тайну:

не все мы умрем,

но все изменимся.

Книгу Мертвых, Бардо Тодол, Тибетскую священную книгу читают, как у нас псалтырь, над гробом умершего в течение 40 дней со дня смерти, исключая первые три дня. Конечно, когда померший беден, чтение укорачивают, а иногда и вообще лишь помянут, как у нас на третий день, девятый, двадцатый и сороковой. А то и просто положат под голову усопшему.

Эта книга-наставление в том, как вести себя Покойному на Том Свете. С другой стороны, это наставление нам, живущим, в том, как и к чему готовиться, пока еще при жизни, в отношении, увы, неизбежного ухода Отсюда.

Эта книга про то, что будет с нами, когда мы умрем, и как следует приготовиться к тому, что ожидает нас на Границе и далее, пока (как утверждает книга) мы вновь не вывалимся Сюда, назад, в очередное беспамятное Существование.

Потому что испытать жизнь тут и там, Смерть, Сон — одно дело; помнить испытанное — совсем другое дело. Воды ласковой Леты смывают с души испытанное, как следы на песчаном плесе. И если быть честным, то на вопрос: что будет с нами, когда ми умрем? — следует ответить: мы не знаем! Коллективная истина нашей яви тут беспомощна, ибо жизнь ограничена своей всеобщностью.

Книга Мертвых учит нас воспоминанию и распознанию испытываемого именно в тех случаях, когда нет уступок общедоступности правды, нет произвольного свидетельства, когда мы сами по себе. Подобно тому, как это бывает во сне с сознанием и памятью.[1] Мы присоединены в Бардо к тайне собственного устройства, к самим себе, которых иные так тщетно искали всю жизнь.

Если в юдоли земной нас можно уподобить телепередаче, которая сама себя смотрит на экране ящика жизни, то в Бардо мы — передача, рассматривающая себя без ящика, без толстого экрана плоти.

Мы передача, вернувшаяся в студию, откуда мы излучались, не ведая про то. Мы — программа в Машине Мира, которая распознает свое начальное значение и вид до того, как, уловленные плотью, мы превращаемся в привычную Картину Себя. Программа, написанная на Языке Вечных Сюжетов нашего искусства. Язык вечных сюжетов, вечных сказок нашей жизни и есть главный Язык в Мировой Машине. Какие-то сюжеты — главные, самые частые, без которых и года не проживешь, вроде сюжета птицы Феникс: сколько раз мы вспархиваем воскрешенные из пепла благодаря этому сюжету к Новой, Неведомой новой роли, новому замыслу. Кончается замысел, роль, и мы вновь умираем, потому что больше нас нет в судьбе, и судьбы нет; всё, мы говорим, обессмысливается, пока — из праха не воскресаем мы, обновленные, и увы! себя не помнящие. Эти накатанные сюжеты нашего бытия и составляют привычную картину нас самих. Недаром говорится: будь тем, чем ты кажешься… Ведь так оно и есть: вначале, лицедействуя, мы кажемся, а чуть погодя — становимся тем, что изображаем. В этом и заключена сила ритуала, он кажется таким формальным, внешним, неважным (ну подними руку и проголосуй со всеми на собрании, воскликни со всеми вместе Хайль Гитлер… а после, мол, сплюнь, перекрестись, что тебе станет…). Ан нет, раз поднял руку, перекрестился, воскликнул, два… и не заметил, как Преобразился, стал ролью и лицедейство захватило, искренность появилась. Хотя еще по-прежнему, иногда, с бывшими друзьями еще корит язык наш и память, и сами над собой горюем, мол, кем и чем я стал, во что превратился… Кончено дело — и не выпрыгнуть из такого нарочного поначалу замысла.

Когда исчерпана роль, тогда и смерть (при жизни) и воскресение посредством вечного замысла Птицы Феникс — естественны, хотя и с грустью, болью, быть может, но восстает из пепла человек и спешит к новому Себе. Другое дело, когда такие роли оборваны на иных размерах истории, эпохи, или смерть прекратила Привычное. Тогда разыгрывается вечный сюжет чрезвычайной трагедийности: сюжет несогласия с судьбой, с богами, с Независящим от Нас. Человек, лишенный Роли, продолжает ее играть, он даже сильней к ней прилепляется: теперь он по-настоящему искренен, а сюжет больше не нужен, не востребован Эпохой, всеобщей жизнью… Так случается со всеми Шаблонами общих судеб поколения, географии, эпохи (я писал про то перед Сонником), это удел всех, не пожелавших развиться до Человека Сознающего, и востребовать себе судьбу, замысел Личностной Судьбы, а разделивших удел всеобщий, судьбинский временный шаблон. Именно это и происходит с нами в Загробье, где мы, лишенные нужды играть привычное, как те лишенцы Эпохи, превращаемся в Оболочки Сюжета, уже ненаполненного жизни Сутью. Конечно, привычные картинки нас самих, как мы отражались во время жизни в зеркале Собственного Воображения, могут сильно отличаться от нашего истинного, излучаемого неведомой телебашней облика. Зеркало Бардо отражает нас такими, какие мы есть на самом деле! А что мы про себя знаем, помимо выгораживающего нас благоприятного воображения? Под взглядом Чудища из пустоты дрожит загробное наше сознание и рвется прочь, совершая страшную (как станет ясно из дальнейшего) ошибку. Ибо поступать следует как раз противоположно. Не бежать прочь от ужаса, а потянуться к нему, проникнуться им и, распознав в Калибане Себя, допустить и взять на себя Свое. Как бы это ни выглядело!

Как обуянный бесом иль духом становится им на миг, так и в Бардо, узнав Себя и приняв, проникшись обликом, мы становимся тем, чем мы являлись на Самом Деле, навсегда.

Когда нами завладевает божество, мы превращаемся в это божество. Дух, нисходящий, завладевает Святым Сподвижником и в тот же миг Святой превращается в этот Дух! Таков механизм, главное правило Действия в Загробном мире: отдавшись — преображаешься; кого распознал, кого принял в Себя, в того превращаешься.

Бардо — это состояние нашего сознания, лучше сказать, нас самих, когда мы видим, слышим, испытываем и помним, в одиночку, вдали от коллективной правды обыкновенной жизни.

Бардо — это ни реальность, ни нереальность, однако как сон с сознанием — истинно, потому что есть в нашем переживании!

Всего существует шесть таких состояний, шесть Бардо. Три при жизни, или три Бардо жизни. Это Бардо Утробы, когда мы в утробе ожидаем рождение. Бардо Сна, когда во сне мы вспоминаем Себя. Бардо Мистического Озарения, когда наяву мы Себя забываем, но не утрачиваем сознания.

Три после смерти, или три Бардо Смерти. Чикаи Бардо, или Бардо Смертного Часа; Хониид Бардо, или Бардо Кармических Наваждений; Сидпа Бардо, или Бардо Воплощения (очередного рождения).

libking.ru

«Бардо Тодол» — тибетская книга мертвых

Ты упускаешь время, не думаешь о приближающейся смерти,
Занимаешься в этой жизни бесполезными делами.
Неразумен ты, ибо пренебрегаешь предоставленной тебе
наилучшей возможностью для совершенствования.
Если ты уйдёшь из этой жизни с пустыми руками, значит, ты следовал по ложному пути

Бардо Тодол (Тибетская книга мертвых)

Т ибетская книга мёртвых — именно такое название получил на Западе тибетский буддистский текст «Бардо Тодол». Тибетскую Книгу Мертвых, священную книгу Тибета читают для умершего человека в течение 40 дней со дня смерти, исключая первые три дня. Этот древний манускрипт, содержит в себе мистическое учение, зашифрованное символами, понятиями и ассоциациями, которые людям не посвященным могут показаться абсолютно бессмысленными. Между тем на страницах «Бардо Тодол» сокрыта великая мудрость, дошедшая до нас из глубины веков.

Смерть является неотъемлемой частью нашего бытия: всё живое рано или поздно умирает. Из глубины веков до нас дошли археологические свидетельства древнейших погребальные церемоний, обрядов, так или иначе связанных со смертью и с загробным миром.

Жизнь древнего человека была нелегка и зачастую коротка, — смерть ходила буквально по пятам за каждым и с этим неизбежным, неотвратимым фактом людям приходилось мириться. Поэтому в древности людей учили, не боятся умирать, но в некоторых Восточных странах учили большему, — что смерть не есть конец, а лишь начало новой жизни, — перевоплощение души. Именно такую концепцию предлагает буддизм и «Бардо-Тодол», — одно из важнейших учений призванное помочь умирающей душе после смерти, пройти все бардо загробного мира и перевоплотиться в новой лучшей жизни. Это настоящая сложная мистическая наука, которая учит не только тому, как правильно умирать, но и тому, как правильно жить, дабы встретить неизбежное во всеоружии.

«Тибетская книга мёртвых», — это уникальный путеводитель по загробному миру, который даёт наставления и рекомендации, направляя сознание умирающего как во время умирания, так и после смерти.

Практика правильного умирания называется «пхова» и в дословном переводе означает «вход в другое тело». Практиковаться в пхове следует еще при жизни. Это особая система медитации йогов главной целью, которой является перенос сознания в момент смерти через родничок на макушке головы, так называемое «отверстие Брамы» дабы установить связь и слияние с умом мудрости Будды. Существует множество видов этой медитативной практики «правильного умирания», которые подходят разным людям в зависимости от их подготовки, опыта и способностей. Опытный в практике пховы монах или йог может выполнять этот ритуал не только для себя, но и для других людей, в том числе и не буддистов и даже для животных.

Однако практиковаться в пхове следует с осторожностью, так как она может быть небезопасной для жизни неподготовленного человека. Например, можно ошибиться в произношение кодового слова и умереть на самом деле. У тех же, кто достиг многого в пхове, например некоторых монахов и йогов, во время сеанса медитации могут раздвигаться кости черепа и выступать кровь на макушке. Считается, что именно через эту область называемую «отверстием Брамы» вылетает душа, в том случае если процесс умирания прошёл правильно. Тогда она сразу попадает в сферы чистого Космоса, и освобождение происходит намного быстрее. Такое развитие событий считается крайне благоприятным, но далеко не все адепты буддизма достигают столь высокого просветления.

Весьма часто процесс умирания проходит неправильно и тогда душа покидает тело через какое-либо другое отверстие, а всего их согласно пхове девять. Это значит, что теперь она обречена на мучения и новое рождение произойдет не в одном из семи высших миров, путь в который лежит лишь через самую макушку головы, а в одном из восьми миров: в мире ада, в мире животных, в мире голодных духов, в мире людей и духов, в мире богов мира желаний, в мире полубогов, в мире богов мира форм, среди богов мира без форм.

Считается, что после смерти тело покойника связано особой энергетической нитью с небом не менее трех дней. Эта энергетическая нить не обрывается до тех пор, пока вся информация о жизни, записанная в теле покойника не будет прочитана. После чего, на четвёртый день, душа окончательно покидает тело. Поэтому согласно тибетским буддистским традициям, кремировать труп возможно лишь на пятый день после смерти.

В течение же первых трёх суток после смерти к покойнику запрещено прикасаться, — это может нарушить правильный процесс умирания, так как душа может покинуть тело не через «отверстие Брамы», а через то место, до которого дотронулись. Мало того, что это может нарушить правильный процесс умирания и привести к потере возможности стать богом, так еще при неправильном умирании сознание может погрузиться в сон без сновидений, что является крайне неблагоприятным развитием событий.

«Книга мёртвых» является чем-то вроде подробного путеводителя по загробному миру и включает в себя детальное описание этапов («бардо») через которые согласно тибетской буддистской традиции проходит сознание человека, начиная с момента физического умирания и до своего следующего воплощения в новой форме, то есть реинкарнации. В книге подробно описаны все этапы загробного перевоплощения сознания, однако приведенные в тексте образы и ассоциации, достаточно сложны для понимания непосвященным и особенно людям с западным менталитетом мышления. Поэтому сегодня существует несколько переводов священного текста «Бардо Тодол» адаптированных под западного читателя.

Считается, что тот, кто сможет постичь сокрытую универсальную мудрость, содержащуюся в этой священной книге, достигнет главного, — свободы, — ведь «Книга мёртвых» это настоящий ключ к жизни после смерти, и она таит в себе ответ на древнейшие вопросы человечества касающегося каждого из нас.

Величайшая тайна жизни и смерти ещё не подвластна науке и никто не знает наверняка что там, за горизонтом сознания, ожидает его. Все религии мира, так или иначе, пытаются объяснить эту тайну. Но, пожалуй, только лишь «Тибетская книга мёртвых» является письменным источником, дошедшим до наших дней в котором содержится мудрость, связанная с переходом в другое измерение.

Рассказывает лама Чубак Гаца Нубра: «Это своего рода карта, путеводитель, справочник, важнейший источник для каждого кто хочет постичь истинный смысл бытия. Изучать этот текст — это удел избранных».

История создания «Книги мёртвых», которая лежит в основе верований тибетцев, окутана тайной. Согласно легенде, всё началось с загадочного человека обладающего магической силой, который совершал паломничество из Индии в Тибет. Нам мало что известно о его прошлом, как неизвестно и его мирское имя. На протяжении многих веков его называли Падмасамбхава или «рождённый из лотоса». Он прославился благодаря своим глубоким мистическим познаниям и магической силе. Родился Падмасамбхава на севере Пакистана в месте известном ныне как долина Сват. Он много путешествовал между Индией и Тибетом, проповедуя своё новое учение.

Именно этот человек согласно буддийскому верованию написал «Бардо-Тодол» 1300 лет назад, то есть в VIII веке нашей эры. Великий индийский святой Падмасамбхава упомянут в самом начале текста «Бардо Тодол»: «Лотосорожденный перевоплощенный Падмасамбхава, защитник всех живых существ». Этот буддистский наставник и маг основал в Тибете школу ваджраяны, учения, которое давало его адептам надежду достичь нирваны в течение одной жизни.

Вот как в «Бардо Тодрол» — тексте-тэрма Падмасамбхавы — описывается встреча в бардо души умершего (потока сознания, обретшего «психическое тело кармических наклонностей») с Буддами Медитации (Дхьяни-будды):

«Сын благородного семейства, очнувшись от оцепенения после четырёх с половиной дней беспамятства, ты спросишь себя: что же со мной случилось? Распознай, что это состояние бардо. В этот момент нечистое видение преобразится, и всё явится в виде образов и света. Пространство озарится синим светом, из чистого измерения центра, Всеобъемлющего Тигле, явится благословенный Вайрочана. Его тело белого цвета, он восседает на троне, покоящемся на львах, в руках у него колесо с восемью спицами. Он пребывает в союзе со своей супругой, Царицей Небесного Пространства.

На второй день воссияет белый свет полностью очищенного элемента Вода. Тогда из чистого синего восточного измерения Совершенная Радость покажется блаженный Ваджрасаттва Акшобхья. У него синее тело, в руках пятиконечная ваджра. Он восседает на слоновьем троне вместе со своей супругой Будда-Лочаной. Его сопровождают два бодхисаттвы, Кшитигарбха и Майтрея, и две бодхисаттвы, Ласья и Пушпа. Итак, всего в этом свете будут сиять шесть образов будд. Белый свет скандхи формы (санскр. рупа) в её чистом измерении — Зеркалоподобная Мудрость, белая и сияющая, ясная и прозрачная — изольётся к тебе из сердца Ваджрасаттвы с супругой.

На третий день появится жёлтый свет полностью очищенного элемента Земля. Тогда из жёлтого южного измерения, называемого Достославное, покажется блаженный Ратнасамбхава. У него жёлтое тело, в руках — драгоценная жемчужина. Вместе с супругой Мамаки он восседает на троне, покоящемся на лошадях. Его сопровождают два бодхисаттвы, Акашагарбха и Самантабхадра, и две бодхисаттвы, Мала и Дупа. Всего в пространстве радужного света сияют шесть образов будд. Жёлтый свет скандхи ощущения (санскр. ведана) в её чистом измерении — Мудрость Равенства, сияющая, украшенная дисками радужного света, светлая и сверкающая, нестерпимо яркая для глаз, будет идти из сердца Ратнасамбхавы с супругой, проникая в твоё сердце.

На четвёртый день возникнет красный свет полностью очищенного элемента Огонь. Тогда из чистого красного западного измерения, называемого Исполненное Счастья, явится блаженный Амитабха. Его тело красного цвета, в руках цветок лотоса. Вместе с супругой Пандаравасини он восседает на троне, покоящемся на павлинах. Его сопровождают два бодхисаттвы, Авалокитешвара и Манджушри, и две бодхисаттвы, Гита и Алока. Всего в пространстве радужного света появится шесть образов будд. Сияющий красный свет скандхи различения (санскр. санджня) в её чистом измерении — Различающая Мудрость, украшенная дисками радужного света, ясная и чистая, будет идти к тебе из сердца Амитабхи с супругой.

На пятый день появится зелёный свет совершенно очищенного элемента Воздух. Тогда из зелёного северного измерения, называемого Всесовершенные Деяния, появится блаженный Амогхасиддхи вместе со своей супругой Самайя-Тарой. Его тело зелёного цвета, в руках он держит двойную ваджру и восседает на троне, покоящемся на птицах шанг-шанг, кружащихся в небе. Его сопровождают два бодхисаттвы, Ваджрапани и Ниваранавишкамбхин, и две бодхисаттвы, Гандха и Найведья. Всего в пространстве радужного света появятся шесть образов будд».

www.oum.ru

Рецензии на книгу « Тибетская книга мертвых »

Падмасамбхава

ISBN: 978-5-9985-0272-9
Год издания: 2009
Издательство: Азбука
Серия: Азбука-классика (pocket-book)
Язык: Русский

«Бардо Тхедол» — один из важнейших священных текстов Земли Снежных Вершин, более известный на Западе как «Тибетская книга мертвых», — призван служить путеводителем по таинственным областям страны мертвых. Этот трактат принадлежит к разряду тех книг, которые представляют интерес не только для специалистов-буддологов; своей человечностью и глубоким проникновением в тайны человеческой души «Книга мертвых» особо привлекает внимание непрофессионала, жаждущего расширить свои знания о жизни.

Лучшая рецензия на книгу

Книга «Бардо Тхёдол или Тибетская книга Мертвых» это священная книга, как предполагают была написана в 8-9 веке учителем Падмасамбхавой, которую он скрыл от всех, а потом её случайно нашли в 14 веке. Выглядит это все, как какая то легенда, но других версий пока нет.
Тибетская книга Мертвых представляет из себя практическое руководство для помощи перехода после смерти Я до следующего перерождения или достижения другого уровня. Начинается книга с психологического комментария доктора К. Г. Юнга и вообще сама книга занимает наверно меньше половины всей книги. А другую половину книги составляет различные комментарии и объяснения. Книга производит впечатление какого-то умиротворения при чтении, все мысли приведенные в ней и объяснения понятны наверно для всех людей даже не посвященных в эзотерические тайны. Не могу сказать, что читать её было увлекательно, но для общего развития вполне интересно.

Книга «Бардо Тхёдол или Тибетская книга Мертвых» это священная книга, как предполагают была написана в 8-9 веке учителем Падмасамбхавой, которую он скрыл от всех, а потом её случайно нашли в 14 веке. Выглядит это все, как какая то легенда, но других версий пока нет.
Тибетская книга Мертвых представляет из себя практическое руководство для помощи перехода после смерти Я до следующего перерождения или достижения другого уровня. Начинается книга с психологического комментария доктора К. Г. Юнга и вообще сама книга занимает наверно меньше половины всей книги. А другую половину книги составляет различные комментарии и объяснения. Книга производит впечатление какого-то умиротворения при чтении, все мысли приведенные в ней и объяснения понятны наверно для всех людей даже не… Развернуть

Переводчик: Ольга Туманова
Возрастные ограничения: 16+

• Впервые книга была переведена на европейский язык оксфордским профессором У. И. Эванс-Венцем (перевод вышел в 1927 году) и сразу вызвала у западной публики большой интерес благодаря предложенному переводчиком названию.
• Текст книги исследовал и комментировал психолог К. Г. Юнг. Эта работа оказала значительное влияние на его научные взгляды.
• Наиболее точные, детальные и подробно комментированные переводы книги вышли в последние годы. Среди них следует выделить перевод тибетского учёного, ламы Намкая Норбу.
• Американский психолог и писатель Тимоти Лири подготовил на основании «Бардо Тхёдол» руководство для проведения опытов с использованием психоделических препаратов.

Книга была написана учителем Падмасамбхавой в VIII или IX веке. Им же книга была скрыта и найдена была только в XIV веке искателем книжных сокровищ Карма Лингпой

«Тибетская книга мёртвых» — наиболее распространённое на Западе название тибетского буддийского текста «Бардо́ Тхёдо́л» (также «Бардо́ Тодо́л»; тиб. བར་དོ་ཐོས་གྲོལ, Вайли bar-do thos-grol; монг. Сонсгоод, кит. 死書 — «Освобождение в бардо́ [посредством] слушания»). Содержит подробное описание состояний-этапов (бардо), через которые, согласно тибетской буддийской традиции, проходит сознание человека начиная с процесса физического умирания и до момента следующего воплощения (реинкарнации) в новой форме. Для каждого этапа приводятся специальные рекомендации. Общая продолжительность бардо составляет 49 дней[1] . Книга «Бардо Тхёдол» связана с определёнными тантрическими практиками школы Ньингма, её образы и ассоциации могут быть непонятны без соответствующего посвящения и объяснений.

Поделитесь своим мнением об этой книге, напишите рецензию!

Рецензии читателей

Являясь православной христианкой, люблю расширить кругозор и попытаться понять как смотрят на мир представители других религий.
Книгу прочла исключительно в целях ознакомления с одной из трёх мировых религий и ввиду интереса к вещам который пока непонятны и непостижимы для человеческого ума с точки зрения метафизики (рождение и смерть). Комментарии Юнга явились великолепным подспорьем в данном вопросе, так как психолог пояснил восточные термины и провёл параллель с христианством.
Для себя выяснила и вынесла три вещи:
1) Несмотря на абсолютную разность между христианством и буддизмом , в понимании состояний после смерти в религиях существует очень много общего (например, обращение к покровителям и т д )
2) Я по-прежнему не верю в перерождения
3) Для ознакомления с буддизмом лучше выбрать другую книгу, хотя эта будет определенно интересна и тем кто практикует или исповедует так или иначе восточные учения и практики, и кто таковыми не является.

Являясь православной христианкой, люблю расширить кругозор и попытаться понять как смотрят на мир представители других религий.
Книгу прочла исключительно в целях ознакомления с одной из трёх мировых религий и ввиду интереса к вещам который пока непонятны и непостижимы для человеческого ума с точки зрения метафизики (рождение и смерть). Комментарии Юнга явились великолепным подспорьем в данном вопросе, так как психолог пояснил восточные термины и провёл параллель с христианством.
Для себя выяснила и вынесла три вещи:
1) Несмотря на абсолютную разность между христианством и буддизмом , в понимании состояний после смерти в религиях существует очень много общего (например, обращение к покровителям и т д )
2) Я по-прежнему не верю в перерождения
3) Для ознакомления с буддизмом лучше выбрать… Развернуть

Интригует название, а содержание достаточно специфическое.
Комментарии К. Юнга не помогают понять книгу. Буддизм необходимо изучать как таковой, тогда эта маленькая книга войдет в общее знание недостающей шестеренкой. Сама по себе несет лишь поверхностное знание о представлениях жителей Тибета о загробном мире и перерождении.
Рекомендовано для общего ознакомления, но не более.

Давайте поговорим о «Тибетской книге мёртвых» без высокопарных слов. Не будем говорить о мудрости Востока и не будем поднимать тёмную историю создания и перевода. Восток — тяжёл для понимания Запада. Культура иного типа сформировалась иными путями. Главное, при чтении, понимать, что читаешь наставление перед смертью. Сама смерть на Востоке — не простое умирание. Буддизм учит возможности к перерождению — вот отсюда и идёт трактовка всей книги.

Водянистый стиль написания — верное средство создать мистический флер. Различать образы в мутной воде невозможно, через чистую воду читатель смотреть не сможет. Надо принять содержание книги таким, какое оно даётся. Образы возникают не самые лицеприятные. Сравнение возможно только с ужасами Лавкрафта. Своеобразные животные ужасы Лавкрафта и видения (испытания) умирающего — суть одной воды. Погружение не вызывает отвращение. Явление твоим очам страшных существ с отрубленными человеческими головами, нанизанными на ядовитых змей, что обвиваются вокруг шей этих созданий; кишки их, выпадающие из живота, находящиеся у них же во рту. Ничего приятного в этом нет. Книга пытается убедить умирающего в призрачности видений. Книга убеждает видеть в страшных созданиях — божественных добрых существ. Надо понять, что они — это ты. Когда примешь видения, тогда перестанешь мучиться, тем скорее наступил перерождение.

Эти рецензии тоже могут вас заинтересовать:
— «Ты убийца» (сборник) Эдгара По
— «Мистики и маги Тибета» Александры Давид-Неэль
— «О смерти и умирании» Элизабет Кюблер-Росс
— «Интервью с вампиром» Энн Райс

Давайте поговорим о «Тибетской книге мёртвых» без высокопарных слов. Не будем говорить о мудрости Востока и не будем поднимать тёмную историю создания и перевода. Восток — тяжёл для понимания Запада. Культура иного типа сформировалась иными путями. Главное, при чтении, понимать, что читаешь наставление перед смертью. Сама смерть на Востоке — не простое умирание. Буддизм учит возможности к перерождению — вот отсюда и идёт трактовка всей книги.

Водянистый стиль написания — верное средство создать мистический флер. Различать образы в мутной воде невозможно, через чистую воду читатель смотреть не сможет. Надо принять содержание книги таким, какое оно даётся. Образы возникают не самые лицеприятные. Сравнение возможно только с ужасами Лавкрафта. Своеобразные животные ужасы Лавкрафта и видения… Развернуть

Если испугаешься и побежишь — очутишься в теснине, на страшном утесе, откуда нет пути.

Я не испугалась и все таки прочитала ее до конца.
Поистине врубиться в эту книгу и ее глубокий смысл мне не удалось. Жалкая попытка познать дзен и окунуться в мудрость
Тибета обвенчалась провалом. Не смотря на все мои старания у меня не получилось в полной мере познать ее суть,
а так же принять и открыть для себя те знания, которая преподносит эта литература.

Наяву, в жизни, мы меняемся раньше, чем заметим перемены, которые делают нас порой неузнаваемыми.
И страшно, жутко, допустить, что стал вот таким!

Воспринимая аллегорию, тогда как надо воспринимать буквально, ту информацию, которая поступает при прочтении книги.
Наверное, нужно делать break и подобно битникам и хиппи, которые хвалили сие творение, употреблять нечто
психоделическое, чтобы постичь дхармы и оценить по достоинству всю ее философию.

Если испугаешься и побежишь — очутишься в теснине, на страшном утесе, откуда нет пути.

Я не испугалась и все таки прочитала ее до конца.
Поистине врубиться в эту книгу и ее глубокий смысл мне не удалось. Жалкая попытка познать дзен и окунуться в мудрость
Тибета обвенчалась провалом. Не смотря на все мои старания у меня не получилось в полной мере познать ее суть,
а так же принять и открыть для себя те знания, которая преподносит эта литература.

Наяву, в жизни, мы меняемся раньше, чем заметим перемены, которые делают нас порой неузнаваемыми.
И страшно, жутко, допустить, что стал вот таким!

Воспринимая аллегорию, тогда как надо воспринимать буквально, ту информацию, которая поступает при прочтении книги.
Наверное, нужно делать break и подобно битникам и хиппи, которые хвалили сие творение,… Развернуть

Этот комментарий к «Бардо Тхёдол» интересен, в первую очередь, тем, что Юнг встраивает аналитическую психологию в изложенную в первоисточнике картину загробного царства. Дико звучит? Тогда можно назвать загробное царство посмертным состоянием сознания – и все встанет на свои места; в том же, что это разные слова для обозначения одного и того же явления, Юнг и анонимный автор книги полностью согласны. Более того, именно влиянию «Бардо Тхёдол» Юнг приписывает свои идеи и глубочайшие прозрения.

В «Бардо Тхёдол» описывается последовательная деградация сознания от момента посмертного просветления до нового рождения в физическом мире. Анализируя этот процесс, Юнг сокрушается, что психология, чье развитие ограничено уровнем развития науки вообще и отсутствием научных свидетельств о предутробном существовании человека в частности, не способна пока что ни перейти к рассмотрению кармических иллюзий (второй уровень бардо), ни тем более подняться к свету вне свойств и форм (первый уровень бардо), но вместо того целиком и полностью сосредотачивается на психическом наследии, полученном в пределах одной человеческой жизни, т.е. с момента зачатия (зачатием заканчивается третий, низший уровень бардо, где возникает инстинкт рождения, происходит неосознанный «выбор» родителей, формирование эдипова комплекса и «втягивание» в материнское лоно).

Да, вот это размах мысли настоящего ученого. Сомневаюсь, что с тех пор о таких вещах говорилось громко и открыто, психология как-то больше замыкается в себе, изыскивая решения конкретных человеческих проблем на отведенном ей участке, — что, конечно, полезно, но всеобъемлющим такой подход назвать вряд ли можно.

В то же время, если «перевернуть» книгу, как подсказывает европейцу Юнг, т.е. читать ее с конца к началу, мы получим описание процесса древней инициации — или современного психоанализа. Действительно, предполагается, что, исчерпав содержание низшего, «плотского» уровня, человек сможет подняться до анализа архетипических переживаний (кто думает, что это весело, может заглянуть в ту же «Бардо Тхёдол» — рядом с описанием «искусственно вызванного психоза» Чёнид-бардо меркнут лучшие творческие достижения Кинга и Хичкока) и, исчерпав эти содержания (главное – не бояться и помнить, что эти жуткие образы порождены тобой, постоянно повторяется в книге), вероятно, достичь пика индивидуации – или слиться с божественным светом.

Впрочем, Юнг не был бы Юнгом, если б не упомянул про опасность шизофрении и диссоциации на этапе погружения в образы бессознательного. В процессе контролируемого психоанализа это вряд ли кому-то грозит, но мы помним, с какой осторожностью Юнг говорит о восточных методиках, способных пробудить в западном сознании силы, с которым оно справиться не сможет, и тем самым губительным образом усилить его внутренние противоречия и способствовать его распаду. Относиться к этому мнению можно по-разному, но, как говорится, «наше дело — предупредить» — тем более что, скажем, Тимоти Лири на основе «Бардо Тхёдол» подготовил руководство к использованию психоделических препаратов.

В статье хватает любопытных выводов и метких замечаний.
Например, практику тантрического буддизма Юнг рассматривает как форсирование процесса индивидуации с помощью утвержденных символов (вероятно, имеются в виду визуализации тантрических божеств).
А поскольку момент просветления случается непосредственно после смерти и лишь потом для большинства начинается деградация, обусловленная кармическими содержаниями, – значит, заключает Юнг, наша жизнь есть средство достижения высшего совершенства.

…если бы нам удалось преодолеть себя и избежать своей главной ошибки — непрестанного желания что-то делать с вещами, находить им практическое применение, — возможно, тогда нам удалось бы усвоить тот важный урок, который даёт «Книга мёртвых» (или, по крайней мере, осознать её величие): она открывает умирающему глубочайшую истину, согласно которой даже боги есть не что иное, как сияние и отражение нашей собственной души.

Этот комментарий к «Бардо Тхёдол» интересен, в первую очередь, тем, что Юнг встраивает аналитическую психологию в изложенную в первоисточнике картину загробного царства. Дико звучит? Тогда можно назвать загробное царство посмертным состоянием сознания – и все встанет на свои места; в том же, что это разные слова для обозначения одного и того же явления, Юнг и анонимный автор книги полностью согласны. Более того, именно влиянию «Бардо Тхёдол» Юнг приписывает свои идеи и глубочайшие прозрения.

В «Бардо Тхёдол» описывается последовательная деградация сознания от момента посмертного просветления до нового рождения в физическом мире. Анализируя этот процесс, Юнг сокрушается, что психология, чье развитие ограничено уровнем развития науки вообще и отсутствием научных свидетельств о… Развернуть

www.livelib.ru

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.